Вернуться назад

Суна
Исакова

Врач-онколог

Решение, о котором не жалею

«В семье нужен свой доктор», — так сказали родители, и это стало одной из причин моего поступления в медвуз. Но я действительно очень люблю свою работу. У меня такой коллектив, о котором можно только мечтать. Это высококвалифицированные специалисты. Они всегда относятся к пациенту, как к своему близкому человеку. Несмотря ни на что. И всегда ставят интересы пациента превыше всего. Когда ты знаешь, что рядом с тобой такие люди, это дает дополнительные силы бороться с профессиональным выгоранием.

Впервые я поняла, что сделала правильный выбор, на третьем курсе, когда начались более сложные предметы такие как патанатомия и патофизиология. Уже потом на пятом курсе, когда началась онкология, мне показалось, что это как раз та самая концентрация патологической анатомии и патологической физиологии, которая меня и привлекает. И я решила, что буду онкологом. Сейчас однозначно могу сказать, что это было правильное решение.

Чем, как профессионала, привлекает телемедицина

Интерес к телемедицине у меня появился сразу, как само определение прописали в законодательстве. Сначала это были скорее телемедицинские консультации коллег друг с другом или удаленные консилиумы. Обсуждали какой-то конкретный случай, но по обе стороны экрана всегда были врачи. Сейчас появились консультации, когда пациент и врач один на один.

Перед обычным приемом действительно есть преимущества, потому что ты занят только пациентом, не думаешь о выполнении плана и бумажных обязанностях, у тебя больше времени на консультацию, чем в обычной поликлинике.

В большинстве случаев достаточно поговорить и полноценно собрать анамнез. Но бывают такие моменты, когда требуется осмотр. Вот в этом плане есть определенные недостатки и ограничения. Однако если у пациента уже есть все обследования, заключение специалиста, который его осмотрел, ничего не мешает провести полноценную консультацию и дать рекомендации.

Если говорить по опыту, то чаще обращаются за консультацией пациенты без онкологического диагноза. У них есть определенные жалобы, и они обеспокоены тем, что это может быть симптомом онкологического заболевания. Я очень хорошо понимаю этих пациентов и стараюсь дать алгоритм действий, чтобы помочь им снизить уровень тревоги.

Главное — помочь пациенту

Мы практикуем индивидуальный подход, учитываем возраст пациента и изменение симптомов в динамике, продолжительность этих симптомов, ответ на терапию, которую он получал до этого у другого специалиста, и семейный анамнез, исключаем факторы риска. В большинстве случаев действительно нет оснований для дообследования. Получается, что основная работа заключается в том, чтобы успокоить людей, чтобы у них не возникало каких-то дополнительных опасений и не ухудшилось качество жизни, потому что иногда может дойти до навязчивого состояния, когда развивается канцерофобия — иррациональный страх заболеть.

Чтобы ответить на вопрос, какие преимущества несет телемедицина, проще обратится к комментариям, которые оставляют сами пациенты в виде обратной связи. Мы слышим от них, что время ожидания консультации намного ниже, нет необходимости тратить время на дорогу. Есть возможность получить консультации от высококвалифицированных специалистов, независимо от того, насколько далеко они находятся. Если говорить о коллегах, с которыми я работаю, это действительно крутые специалисты, к которым я бы сама обратилась.

Сейчас во многих поликлиниках государственных есть ограничения — пациент не может пойти к специалисту, предварительно не посетив терапевта. Это требует времени. Плюс к узким специалистам сложнее попасть. Телемедицина дает возможность обойти эти ограничения. Пациент может сразу получить консультацию того специалиста, который ему нужен.

Да, пока что, насколько я знаю, еще сохраняется фактор настороженности в отношении телемедицинских консультаций. Со временем, уверена, будет повышаться уровень доверия, и пациенты будут все чаще обращаться именно за такой врачебной помощью. Это же прекрасно, когда пациент может не откладывать поход к врачу и сразу обратиться за консультацией, где бы он ни был.

Хотя современная лекарственная терапия и дает возможность продлевать жизнь пациентам при многих заболеваниях, даже если онкология диагностирована на третьей-четвертой стадии, все еще очень важно вовремя обнаружить болезнь и вовремя провести лечение. И заболевание, выявленное на 1-2 стадиях может дать практически 100% шансы на выздоровление.

Очень важный момент — не дать пациенту впасть в депрессию, к сожалению, у нас этому пока что уделяется не так много внимания. А ведь грамотная реабилитация и психологическая, и физиологическая доказано продлевает жизнь. Это и регулярные физнагрузки, и контроль питания, и та же самая борьба с депрессией — те факторы, которые очень важны для увеличения шансов на адекватный ответ на лечение и улучшение качества жизни.

Заблуждения, вредные стереотипы и величайшие достижения

До сих пор существует ряд опасных стереотипов. Например, что химиотерапия ужасна и лучше от нее отказаться. Это очень опасное заблуждение для самих пациентов. Да, это действительно довольно сложно переносимая процедура, но при этом риски, которые есть, и польза, которую мы ожидаем, несопоставимы.

Еще, некоторые считают, что операция может усугубить ситуацию, якобы в процессе активно распространяются опухолевые клетки и именно после хирургического вмешательства могут появиться метастазы. Это тоже заблуждение.

Ну и насчет алопеции, то есть выпадения волос. Согласно международным исследованиям — это наиболее тяжелый психологический фактор для пациентов, которые получают химиотерапию. Особенно для женщин. Иногда бывает так, что женщина отказывается от лечения для того, чтобы избежать этого побочного эффекта. Поэтому важно не игнорировать страхи пациента, предложить обратиться за психологической помощью к профессионалам или в пациентские сообщества. Одно из главных открытий и достижений в лечении онкозаболеваний — это, конечно, таргетная и иммунная терапия. Ученые находят конкретные генетические поломки, которые вызывают определенные формы опухоли. А потом создаются препараты, целенаправленно уничтожающие измененные клетки. Сейчас активно исследуются, открываются новые типы мутаций — для рака легких, рака молочной железы, меланомы и других заболеваний. Исследуются новые препараты, которые в той или иной мере могут распознать именно эти мутации, дополнительно это помогает избежать побочных эффектов, характерных для классической химиотерапии.

Но самым большим достижением онкологии я считаю ориентированность на качество жизни пациентов. Врачи учитывают и просчитывают не только борьбу с самой опухолью, но и дальнейшую реабилитацию пациентов.

Важно, чтобы пациенты легче переносили химиотерапию. Сопроводительная терапия позволяет нам управлять токсичностью препаратов и контролировать общее состояние пациентов, чтобы можно было продолжать проводить лечение и соответственно увеличивать шансы на максимально благоприятный исход.

О пандемии и коллегах

Главное событие, изменившее во многом нашу работу, — пандемия коронавируса. Я не работала в ковидном госпитале, но могу представить, каково это. Мой одногруппник до сих пор работает в Коммунарке с февраля 2020 года, и у нас все реже получается обмениваться новостями.

Для себя особой разницы, если честно, я не заметила. Мои пациенты единственные, кто имел свободный доступ в лечебные учреждения. Но мне, как человеку, было очень тяжело осознавать, что другие пациенты не могли получить своевременную помощь, потому что отделения закрывались на карантин. Или потому что не было просто врачебных ресурсов, чтобы принять пациента. И в таких ситуация телемедицина стала для многих выходом.

Что касается моих коллег. Те, кто добросовестно выполняют свою работу, любят ее и своих пациентов, независимо от того, какие они — это действительно мои герои. Они способны абстрагироваться от негатива, с которым порой приходят пациенты, и увидеть за грубостью и претензиями его тревоги и страхи.

Если же говорить про себя, отвечать прямо… я себя не считаю героем. Я просто делаю свою работу и не знаю, что я должна сделать такого, чтобы так о себе думать.

Заветная мечта

У меня две дочки трех и шести лет и муж. И мне важно побольше времени проводить с семьей. Если считать всех: родители, сестры, братья, племянники, нас очень много, мы на изоляции были у родителей, и нас было 15 человек в одном доме.

Вообще, я ощущаю себя счастливым человеком и как-то не задумываюсь, есть ли что-то такое, что увеличивало бы это чувство, усиливало это ощущение. Но это глобально. Если говорить о моменте, то я по-настоящему довольна, когда у меня что-то получается. Да вот так просто, когда что-то получается так как должно — вот это действительно дает такое колоссальное удовлетворение. Неважно в работе, учебе или в обычной жизни.

У меня есть заветная мечта, но она, к сожалению, неосуществимая. Я бы хотела, чтобы люди задумывались о более важных и значимых вещах. Хотелось бы, чтобы больше ценили и свою жизнь, и жизнь других людей. Что называется, модное сейчас слово, но по-моему отличное, были более осознанными.

У вас есть вопросы по здоровью? Задайте их в нашем сервисе Спросить врача
Читайте также